Медуница – последний город перед Белыми пустошами. В пекарне «Тёплый угол» сто сорок лет пекут летний хлеб из солнечной ржи на старой закваске, которую в семье зовут Матушкой. Съешь ломоть на рассвете – и проживёшь ещё один день лета: руки не...
Десять лет назад наёмник Ярема Бусел своими руками закопал старшего брата на Кривом Яру. Осенью в придорожной корчме мальчишка приносит ему письмо, написанное рукой Данко: «Ты мне должен. Приходи к Колодню до Мёрзлой ночи». Внизу – знак из их...
Осень тысяча восемьсот восемьдесят седьмого года. Судебный следователь Платон Стрешнев приезжает в губернский Ковыльск после дела, за которое до сих пор не может себе простить: по его ошибке осудили невиновного. В первое же утро в часть приходит...
Апрель две тысячи двадцать девятого года, остров Безмолвный, северная оконечность Карского моря. Станция «Ледораздел» бурит ледниковый купол, и гляциолог Дарина Вербицкая достаёт с глубины четырёхсот метров керн, которому около девяти тысяч лет....
Онисим перевозит мёртвых через Лету триста лет. Каждый пассажир платит одним воспоминанием и на середине реки пьёт воду забвения. Но однажды на корме парома Онисим находит спящую женщину, которая дышит. Ульяна, медсестра хосписа из Тотьмы, не...
Тавий Мерн, тихий картограф Межевой палаты приморского Сальвина, с детства рисует выдуманные острова, чтобы успокоиться, и сжигает листы. Однажды он не успевает сжечь рисунок, и на седьмой рассвет в заливе поднимается остров, которого не было ни...
Двести лет назад жители Заосинья заключили договор с Волчьей Матерью, хозяйкой Глухоборья: волки держат рубеж против Сухоты, которая выпивает из живого влагу, память и голос, а люди платят десятину. Каждого десятого ребёнка, дожившего до седьмой...
Нотариус Ксения Вершинина двадцать лет верит только бумаге: бумага не врёт. Умирает старая костюмерша драмтеатра, и Ксения опечатывает её квартиру и составляет опись имущества, как делала сотни раз. А в 3:14 ночи одна строка описи переписывается...
В губернском Звенце сны варят на заказ. Аптекарь Павел Остужев, хозяин аптеки «Сова и ступка», собирает настои из трав, лунной воды и частицы самого клиента и строго соблюдает главный запрет ремесла: нельзя варить один сон на двоих. Общий сон...
Ждан, писарь судной избы Гостиграда, правой рукой записывает то, что сказано. А левая рука в это время сама пишет на бересте то, что человек хотел сказать, но промолчал. Каждая такая береста отнимает у Ждана немного голоса, и к своим двадцати...
Ефим Найдёнов вырос в приюте и чинит чужие книги в переплётной мастерской. Однажды ему приходит письмо: он единственный наследник Захара Черноярова, угольного короля шахтёрского Копотня. Вместе с шахтой ему достаётся договор, о котором в городе...
Поезд «Москва – Вязьма» ходит раз в неделю. Пятнадцать лет назад его девятый вагон сгорел на мосту, погибли двадцать три человека, а виноватой назначили проводницу Нину Лескову. С тех пор по ночам между Сухой Ветлой и Вязьмой к составу снова...
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Евдокия Ремезова лечит дома. От ссоры в доме идут...
В Верстани время жизни – товар. Отмерщики умеют вынуть из человека год и запечатать его в часовой корпус без стрелок, а годы закладывают, продают и покупают, как зерно. Матвей Ключарёв, изгнанный из Гильдии Отмера часовщик, держит ломбард «Под...
Давным-давно боги вели человечество за собой, их слова были ключами к неизведанным мирам. Но ныне они забыли свои пароли — застывшие символы утраченной силы, оставшиеся в прахе неисполненных обещаний. Ибо даже высшие существа познали бренность,...