Оккупированный город постепенно меняется. На улицах становится опаснее, списки — длиннее, проверки — жёстче. Те, кому ещё недавно казалось, что можно просто переждать войну, понимают: нейтральных мест больше не осталось. Под землёй тем временем...
Этот фотоальбом посвящён многонациональной России - стране, в которой сотни народов, языков и культур образуют единое историческое и духовное пространство. На его страницах собраны образы Русского Севера, Поволжья, Урала, Кавказа, Сибири,...
1240–1283 годы. Тевтонский орден уже закрепился в Пруссии, но покорённая земля не стала покорной. Восстания вспыхивают вновь, старые союзы рушатся, крепости переходят из рук в руки, а война медленно движется на восток — к Надровии, Скаловии и...
Они начинали с того, что спасали раненых под стенами Акры. Через полвека их чёрный крест уже стоял над крепостями, городами и землями, которые ещё недавно им не принадлежали. «Когда крест стал мечом» — первая книга исторического цикла «Под чёрным...
Германия, 1930–1940-е годы. Семья Винтеров живёт обычной жизнью, пока политика постепенно не входит в школу, работу, дружбу и дом. Грета верит, что государство знает лучше. Её брат Пауль уходит на войну и всё глубже понимает цену приказа. Семью...
Европа ещё не знает, что до войны остались месяцы. Но война уже началась — в закрытых кабинетах, секретных штабах и решениях людей, уверенных, что успеют остановить катастрофу. Весна 1938 года. После аншлюса Австрии Гитлер готовит удар по...
Matthias ist neun Jahre alt, als Uniformen, Märsche und große Worte ihm zum ersten Mal das Gefühl geben, Teil von etwas Bedeutendem zu sein. Er beneidet die Soldaten, die an die Front ziehen, und fürchtet nur eines: dass der Krieg zu Ende sein...
Михаил Красовский с детства слышит мир иначе. Там, где другим достаточно слов, он учится читать лица, жесты, паузы — и однажды понимает, что рисунок способен сказать больше, чем голос. От первых детских набросков до профессиональной живописи,...
Frühjahr 1945. Der fünfzehnjährige Matthias Krüger, Mitglied der Hitlerjugend, ist bereit, für Deutschland zu sterben. Verwundet und mit einer letzten Granate in der Hand erwartet er von den sowjetischen Soldaten nur Hass und Rache. Doch einer...
Ему пятнадцать. Германия уже проиграла войну, но Маттиас Крюгер об этом ещё не знает — или не хочет знать. Раненый воспитанник Гитлерюгенда остаётся один в разрушенном доме. Патроны закончились. В руке — граната. Его учили, что плен хуже смерти,...
Белоруссия, 1943 год. Война приходит в маленькую деревню Коли и его семилетней сестры Кати внезапно — с чужими голосами, огнём и приказом покинуть дом. Вместе с матерью дети оказываются среди угнанных мирных жителей, а затем — за воротами...
Нюрнберг, 1946–1947 годы. Перед судом — врачи, учёные и чиновники Третьего рейха. За документами и показаниями открываются эксперименты на заключённых, программа «эвтаназии», заражения, переохлаждение и попытки оправдать совершённое приказом,...
1941 год. Город ещё живёт привычной жизнью, но война уже меняет всё — улицы, дома, людей и само представление о безопасности. Инженер Алексей Воронцов привык доверять расчётам, схемам и прочности конструкций. Но после прихода оккупационных...
Продолжение к сборнику рассказов по сказам П.П.Бажова "Двенадцать месяцев". Егорка становится учеником мастера и начинает познавать мастерство через работу с камнем.
Во второй части романа Андрей Рублев вступает в пору зрелости. Москва остается позади, впереди Владимир, белые стены Успенского собора, и работа, которая становится испытанием не только мастерства, но и совести. Споры о природе образа, труд...
Юный Андрей Рублёв только ищет свой путь в искусстве и вере. Между монастырской тишиной, дорогами Руси, огнём пожарищ и шумом Москвы он учится видеть не только линию и цвет, но и душу человека. Рядом с ним — Савватий, Даниил Чёрный, Прохор с...
Январь 1942 года. В Ваннзее за закрытыми дверями проходит совещание, на котором языком протоколов и ведомственных формул обсуждается судьба миллионов людей. Один из тридцати экземпляров этого документа — шестнадцатый - исчезает в недрах...
Январь 1942 года. В Ваннзее за закрытыми дверями проходит совещание, на котором языком протоколов и ведомственных формул обсуждается судьба миллионов людей. Один из тридцати экземпляров этого документа — шестнадцатый - исчезает в недрах...
В этот сборник вошли четыре разные по интонации рассказа, объединённые памятью о детстве, о книгах, музыке, искусстве и простых вещах, которые незаметно формируют человека. Деревенские каникулы, старая библиотека, музейные репродукции и дворовой...
В декабре земля снегом закрывается не потому, что ей нечего показать. Наоборот. Сокровища она прячет поглубже. Чтобы до весны отличить тех, кому нужен только блеск, от тех, кто умеет увидеть красоту.
Освенцим, 1944 год. За колючей проволокой люди исчезают, превращаясь в номера, пепел и строки в лагерных списках. Француженка Жанна Леруа и узник зондеркоманды Давид Розен пытаются сохранить то, что уничтожить труднее всего, — имена и память....
Зима 1945 года. Двенадцатилетняя Аня оказывается среди узников, которых гонят по дорогам Германии в «марше смерти». Рядом — младшие дети, за которых некому больше отвечать. Голод, холод, страх и дорога, где нельзя останавливаться. Побег во время...
То, что написано в этой книге, — не окончательная расшифровка произведения. Картина не задача с одним правильным ответом. Особенно большая картина. Один человек увидит в «Христе в пустыне» прежде всего религиозный смысл. Другой — философию...
Что видит ребёнок, когда взрослые ещё не успели объяснить ему, что именно следует увидеть? Небольшой разговор о распечатанных репродукциях превращается в простой семейный эксперимент: поход в музей без лекций, подсказок и готовых толкований....
В первых двух частях почти каждый рассказ начинался так: вот картина. Посмотрим. Здесь иногда будет иначе. Перед нами окажется стена собора. Несколько фресок. Иконостас. Страница рукописи. Целая мастерская. Иногда одна работа станет центром...
Начало второй части не станет резким разрывом. Мы снова встретим знакомых художников. Серова. Левитана. Шишкина. Увидим произведения, которые по времени и художественному языку ещё продолжают XIX век. Но уже здесь появятся новые вопросы. Не...
Иногда детство возвращается не через фотографии, а через запах тёплого асфальта, стук мяча и крик из окна. «Череп» - тёплый, ироничный и немного щемящий рассказ о дворовом футболе, о мальчишеских прозвищах, о товариществе и о времени, когда весь...
В небольшом посёлке Коля растет среди немногих книг, редких уроков музыки и постоянного чувства, что настоящий мир начинается где-то дальше — за поворотом дороги, за последней остановкой. Он ищет книги по чужим домам, читает ночами, мечтает о...
История Марты Вебер — девочки из семьи советских немцев, прошедшей путь от ссылки в казахскую степь до профессора детской хирургии. Это повесть о призвании, памяти, цене выбора и о том, как настоящий учитель продолжает жить в своих учениках, пока...
Это история о том, как война ломает судьбы простых людей и как в самых тяжёлых обстоятельствах рождается неожиданная близость. Анна Сергеевна Левицкая — молодая учительница немецкого языка из небольшого белорусского города. Война внезапно...
1941 год. Семнадцатилетняя Эмма мечтает стать учительницей, но война в одно мгновение меняет её жизнь. Вместо педагогического училища — депортация, Казахстан, труд, потери и годы ограничений. Сохраняя семейный букварь, язык и память об отце, Эмма...
Генуя XVIII века. В шумном портовом городе, среди бедности, тяжёлого труда маленький Маттео Ферри случайно останавливается у витрины музыкальной лавки. За стеклом он видит скрипку, которая становится для него символом недостижимой мечты. Первый...
«Двенадцать месяцев» — цикл сказочных рассказов, вдохновлённых уральским миром Павла Петровича Бажова. Вместе с мальчиком Егоркой читатель проходит через весь год — от зимних снегов до осенних туманов, встречая Хозяйку Медной горы,...
Когда мы с братом учились ещё в начальных классах, зимние каникулы проводили у дедушки с бабушкой в деревне. Мы знали заранее, что на веранде будет стоять сосна. Дедушка рубил её до нашего приезда и ставил в ведро или в какую- нибудь старую...